Материнский инстинкт у собак. Метаморфозы

Моя полуторагодовалая сука впервые готовилась стать матерью. Беременность протекала вполне благополучно, собака много двигалась и выглядела вполне счастливо. Проблемы начались с началом родов. Мучения были долгими, примерно около трех часов с момента начала отхождения околоплодных вод. Щенок, шедший первым, был очень крупный и выходил задними лапками. Я, как могла, старалась облегчить моей собаке этот процесс, однако в итоге первый щенок родился мертвым, так как успел задохнуться в родовых путях. К счастью следующий был жив и очень активен. Больше щенков не было, и я была несказанно рада, что хотя бы один из них выжил.

 Собака, быстро оправившись от тяжелых родов, проявляла невероятные признаки нежности и заботы к своему единственному малышу, не отходила от него ни на секунду, вылизывала его и оберегала. Покормить ее можно было только в непосредственной близости от щенка, а выгул превратился в двухминутное дело, с получасовыми предварительными уговорами и многократными возвращениями на «проверку». Такая беззаветная материнская любовь длилась ровно пять дней. Затем интерес к щенку пропал совершенно – мать просто перестала подходить к нему, даже когда он голодный или замерзший звал ее очень жалобно. Такая метаморфоза, мягко говоря, слегка озадачивала, и найти ей оправдание было сложно.

 Я пыталась «вразумить» мать, но все было тщетно, она упорно не желала быть рядом со щенком. Объяснением этому могло быть только нездоровье собаки, когда инстинкт самосохранения пересиливает материнский. При обследовании выяснилось, что у собаки начинается мастит – один щенок не мог высасывать все молоко и его излишки привели к воспалению молочных желез. Тут то и началась борьба за жизнь щенка и здоровье его матери. Массаж, сцеживание прогоревшего молока, принудительное прикладывание щенка, обработка и перетягивание не используемых молочных желез, обогревание малыша. На добрый месяц квартира превратилась в собачий лазарет с почасовыми процедурами. С маститом я справлялась тяжело, собака температурила, стала очень мало пить и есть. Сцеживала ей молоко по четыре раза на день, прикладывала капустные листочки, натирала камфарным маслом и перетягивала тугой повязкой. Малыша грела собственным теплом. Слава Богу, все остались живы! Постепенно щенок окреп и перестал нуждаться в столь пристальном попечении.

 А нежное отношение к своему щенку вернулось к моей собаке после прекращения вскармливания. Никогда и ни с кем она не бывала так нежна, как со своим уже подросшим сыном.

Комментарии запрещены.